Глобальная «вера в науку» упала после окончания пандемии и локдаунов — Wellcome Global Monitor

Wellcome Global Monitor пожаловалась на снижение доверия людей к науке по всему миру. Об этом говорится в отчёте организации, выложенном на официальном сайте.

Wellcome Global Monitor — организатор одного из крупнейших в мире международных социологических исследований отношения людей к науке, медицине и политике государства в области здравоохранения. Организация числится как некоммерческая, однако её спонсирует относящийся к ней же Wellcome Trust — инвестиционная компания, которую основал фармацевт Генри Веллком. Сейчас организацию возглавляет Джон-Арне Рёттинген, бывший чиновник Норвежского института общественного здравоохранения (NIPH), который также исполнял обязанности временного генерального директора при запуске Коалиции за инновации в области готовности к эпидемиям на Всемирном экономическом форуме в Давосе до пандемии. 

Новое исследование рассматривает три даты: доковидный 2018 год, пандемийные показатели 2020 года и самые свежие данные за 2025 год. Исходя из результатов опроса авторы делают вывод о том, что граждане теряют веру в «науку». Как показано ниже, под «наукой» в том числе подразумевается вера в имманентную опасность изменения климата.

Первый вопрос анкеты сразу просил указать, в какой степени респондент «доверяет науке в целом». Выбрать можно было из вариантов «в значительной степени», «в некоторой степени», «не очень сильно» или «совсем не доверяю». Примечательно, что в 2018 и 2025 годах самым популярным ответом было «в некоторой степени» с показателем в ровно 45%. Тем не менее, во время пандемии и локдаунов люди чаще выбирали вариант «в значительной степени», который, тем не менее, составил всего 41% от всех ответов. Исследователи сказали, что на показатели сильно повлияли китайцы, которые временно массово становились «сциентистами» в 2020 году, но, в целом, даже без их участия тренд сохраняется.  

Один из главных вопросов звучал так: «Представляют ли изменение климата или глобальное потепление серьезную угрозу, незначительную угрозу или вообще не представляют угрозы для жителей этой страны в настоящее время?». Согласно результатам исследования, больше всего алармистов проживает в Латинской Америке и на Карибах: 75% респондентов сказали, что видят в климате «серьезную угрозу» и ещё 14% — «незначительную угрозу». Второе и третье место в антирейтинге алармистов занимают Западная и Южная Европа, с показателями в 71% и 70% за «серьёзную угрозу» соответственно. Примечательно, что восточные европейцы оказались большими скептиками, чем жители Юго-Восточной Азии (53% против 62%). Из результатов исследования следует, что население готово верить активистам даже если оно не доверяет собственным чиновникам.

«Уровень доверия людей к науке влияет на то, как они интерпретируют данные о серьезных проблемах. В 2025 году 50% людей во всем мире считали изменение климата серьезной угрозой для населения своих стран, а еще 28% оценивали его как незначительную угрозу. Примерно каждый шестой (16%) либо не считал изменение климата угрозой, либо вообще отрицал сам факт его существования. Однако среди тех, кто выразил высокий уровень доверия к науке, почти две трети (61%) рассматривали изменение климата как серьезную угрозу. У тех, кто доверяет своему правительству, наблюдается обратная картина. В глобальном масштабе люди, испытывающие высокое доверие к национальному правительству, реже воспринимают изменение климата как угрозу по сравнению с теми, кто “совсем не доверяет” своему правительству», — говорится в отчёте. 

Важно отметить, что, согласно современной левой повестке, страны южноамериканского региона должны рассчитывать на «репарации» от бывших колонизаторов, в том числе по линии так называемых «потерь и ущерба» (loss and damage), поэтому ответы латиносов могут быть корыстными. Это предположение частично подтверждается исследователями Wellcome Global Monitor: рассчёты аналитиков свидетельствует о том, что в «люди, которые чувствуют, что системы работают на них, с большей вероятностью доверяют науке». Аналогичным образом местные правительства заинтересованы в борьбе активистов с «последствиями рабства», потому что текущие представления также подразумевают выплаты местным чиновникам.